ВЛ / Интересное
«Европейский Перл-Харбор». Как бомбардировка люфтваффе раскрыла мрачную тайну союзников
13-12-2019, 04:00...
2 080
2 декабря 1943 года над гаванью города Бари на юге Италии показалось множество самолетов. Жители города и британские военные (город был основной базой снабжения англо-американских войск, высадившихся в Италии) не ожидали ничего плохого: люфтваффе давно не проявляло активности. Но результат оказался печальным: 105 бомбардировщиков «Юнкерс-88» уничтожили в гавани Бари почти все, попутно раскрыв мрачную тайну союзников. 42.TUT.BY рассказывает, как это было.
{banner_vnutri_news}
Добить зверя в его берлоге
Вторая половина 1943 года не оставляла союзникам по антигитлеровской коалиции сомнений: гитлеровская Германия будет разбита. На Восточном фронте потерпела крах попытка сокрушить Красную Армию на Курской дуге. Сдался в Тунисе Африканский корпус «лиса пустыни» Эрвина Роммеля, был ликвидирован Североафриканский фронт Второй мировой. Союзники сравнительно легко высадились на Сицилии, а потом в Италии. Вермахт еще был силен, но его поражение являлось вопросом времени.
Немецкая авиация, господствовавшая в воздухе на начальном этапе войны, вела себя все пассивнее: промышленная мощь союзников позволяла производить куда больше самолетов и первенство в воздухе перешло к антигитлеровской коалиции. Нормой стали бомбежки немецких городов, включая Берлин; Гамбург был почти уничтожен. Казалось, одними бомбардировками можно будет вывести Германию из войны, «добить зверя в его берлоге».
В то же время союзники готовили новое наступление в Италии: Рим еще был в руках нацистов и сторонников Муссолини, провозгласивших осенью 1943 года марионеточную «Республику Сало». Немаловажную роль в подготовке новой кампании играл порт Бари: именно через него шла большая часть снабжения англо-американских войск, которым предстояло освобождать Италию.
Несмотря на важность порта, его оборона находилась в печальном состоянии. Немцы не предпринимали ни контрнаступлений, ни крупных налетов, и союзники откровенно расслабились. Порт даже в темное время суток был отлично освещен, расчеты зенитной артиллерии не ожидали никакого подвоха, «зонтик» из истребителей просто отсутствовал.
Расплата пришла вечером 2 декабря. Судя по всему, 105 бомбардировщиков 2-го воздушного флота люфтваффе «Ю-88» сделали крюк, зашли с юга, и их приняли за своих. Впереди летели самолеты-наводчики, на борту они несли только осветительные бомбы и связки алюминиевой фольги. Разбросав их над гаванью, они практически ослепили радары зенитной артиллерии — впрочем, она и без этого оказалась совершенно не готова к налету.
«Мы стали разбрасывать полоски для помех и, поскольку гавань вся была в огнях, решили сэкономить на осветительных бомбах», — вспоминал пилот самолета-наводчика лейтенант Циглер.
Буквально сразу же над портом появились бомбардировщики. Это не были пикирующие «Штуки» с их смертоносной точностью бомбометания — «Ю-88» сбрасывали бомбы с большой высоты. Но особой точности в тот вечер, пожалуй, не требовалось: гавань была забита кораблями и судами, как бочка сельдью. По разным данным, в Бари стояло и разгружалось от 30 до 50 транспортов. Не хватало места у причалов, и суда жались бортами одно к другому, еще больше облегчая задачу бомбардировщикам.
Налет длился совсем недолго — 20 минут. За это время самолеты сбросили на гавань не меньше 200 тонн бомб — порт Бари превратился в костер. Первыми жертвами налета стали два судна с боеприпасами — в радиусе 12 километров выбило стекла, а все, что находилось поблизости, было уничтожено. Вспыхнули танкеры с нефтью, корабли-заправщики и нефтепровод в порту.
Отбомбившись, самолеты люфтваффе улетели домой. Потери немцев были ничтожны: зенитным огнем был сбит один бомбардировщик, а английские и американские истребители так и не появились. Союзники понесли страшные потери: один вспомогательный крейсер и 27 судов водоизмещением больше 100 000 тонн были потоплены, еще 12 кораблей и судов — повреждены. Сгорело или утонуло до 35 тысяч тонн военного имущества только на кораблях, не считая потерь при пожаре нефтепровода и складов на берегу.
Буквально сразу же над портом появились бомбардировщики. Это не были пикирующие «Штуки» с их смертоносной точностью бомбометания — «Ю-88» сбрасывали бомбы с большой высоты. Но особой точности в тот вечер, пожалуй, не требовалось: гавань была забита кораблями и судами, как бочка сельдью. По разным данным, в Бари стояло и разгружалось от 30 до 50 транспортов. Не хватало места у причалов, и суда жались бортами одно к другому, еще больше облегчая задачу бомбардировщикам.
Налет длился совсем недолго — 20 минут. За это время самолеты сбросили на гавань не меньше 200 тонн бомб — порт Бари превратился в костер. Первыми жертвами налета стали два судна с боеприпасами — в радиусе 12 километров выбило стекла, а все, что находилось поблизости, было уничтожено. Вспыхнули танкеры с нефтью, корабли-заправщики и нефтепровод в порту.
Отбомбившись, самолеты люфтваффе улетели домой. Потери немцев были ничтожны: зенитным огнем был сбит один бомбардировщик, а английские и американские истребители так и не появились. Союзники понесли страшные потери: один вспомогательный крейсер и 27 судов водоизмещением больше 100 000 тонн были потоплены, еще 12 кораблей и судов — повреждены. Сгорело или утонуло до 35 тысяч тонн военного имущества только на кораблях, не считая потерь при пожаре нефтепровода и складов на берегу.
Сколько было погибших, до сих пор точно не известно. Называются цифры от 1000 до 2000 человек. Безусловно, это стало самым результативным налетом люфтваффе на союзный порт и самым страшным ударом по гавани со времен Перл-Харбора. Собственно, налет на Бари и остался в истории именно как «европейский Перл-Харбор».
Порт Бари надолго перестал функционировать, тормозя операции союзников в Италии (Рим удалось взять только в 1944 году).
Тайна союзников
Порт Бари надолго перестал функционировать, тормозя операции союзников в Италии (Рим удалось взять только в 1944 году).
Тайна союзников
Однако самой мрачной страницей этого дня стала гибель небольшого парохода и утечка его груза.
В отличие от Первой мировой войны, во Второй мировой химическое оружие практически не применялось — из-за негуманности и малой эффективности. Причем все немногочисленные случаи использования отравляющих газов касались Третьего рейха и Японии. Но в Бари выяснилось, что гуманные западные союзники тоже были не прочь использовать «оружие дьявола».
Среди многочисленных судов, стоявших в гавани, был ничем не примечательный транспортный пароход «Джон Харви». А в его трюмах лежали две тысячи 45-килограммовых авиабомб M47A1 — и в каждой по 30 килограммов газа иприта. Того самого, от которого тысячами умирали солдаты Первой мировой и от которого никак не помогал противогаз. Разумеется, он был запрещен всеми возможными конвенциями, но, видимо, в США кто-то решил, что война все спишет.
После начала бомбардировки в «Джон Харви» не попало ни одной бомбы. Но судно стояло, зажатое между другими транспортами, — и на одном из них начался пожар. Он немедля перебросился на «Харви», и паникующая команда не смогла его потушить. В итоге пламя добралось до жизненно важных механизмов судна, пароход взлетел на воздух — и порядка 60 тонн иприта вылилось в бухту Бари.
Экипаж «Джона Харви» погиб весь: кто не погиб в огне, тот умер от жуткой отравы. А потом начали умирать другие люди: сначала прыгавшие с горящих кораблей в воду моряки, потом пожарные, тушившие многочисленные возгорания. Люди попадали в больницы, но ран на них не было видно — и многих сразу выписывали и отправляли по домам, где они позже начинали мучиться и умирать.
Только почти через сутки стало известно о газовых бомбах и бомбах, отравленных ипритом. Всего насчитали больше шестисот пострадавших, из которых умерло не менее 83, а скорее всего — больше. Последняя смерть от отравления наступила через месяц после бомбардировки.
Экипаж «Джона Харви» погиб весь: кто не погиб в огне, тот умер от жуткой отравы. А потом начали умирать другие люди: сначала прыгавшие с горящих кораблей в воду моряки, потом пожарные, тушившие многочисленные возгорания. Люди попадали в больницы, но ран на них не было видно — и многих сразу выписывали и отправляли по домам, где они позже начинали мучиться и умирать.
Только почти через сутки стало известно о газовых бомбах и бомбах, отравленных ипритом. Всего насчитали больше шестисот пострадавших, из которых умерло не менее 83, а скорее всего — больше. Последняя смерть от отравления наступила через месяц после бомбардировки.
{banner_vnutri_news2}
Зачем на американском корабле привезли химическое оружие, неизвестно. Возможно, союзники перестраховывались на случай, если Германия применит газы первой, но ни на Итальянском, ни на Западном фронтах этого так и не случилось. Однако режим секретности, окружавший страшное оружие, в итоге привел к трагедии.
Нелегко пришлось и тем, кто получил в тот день ипритовые ожоги, но выжил: военных не признавали жертвами химического оружия (ведь известно, что у союзников никакого химического оружия нет, так как оно запрещено). Правды, как пишут историки, ветеранам удалось добиться только через сорок лет после окончания Второй мировой.