ВЛ / Статьи

Как России разыграть иранскую карту

+6
17-06-2019, 00:00...
1 120

Американцы нашли повод для вторжения в исламскую республику

Встреча Владимира Путина и президента Ирана Хасана Роухани на саммите ШОС в Бишкеке прошла на фоне беспрецедентного обострения обстановки после инцидента в Оманском заливе. Запланированные темы — Сирия и «ядерная сделка» обсуждались в уже совсем новом, фактически, предвоенном контексте. 

В ходе заседания лидеров ШОС Роухани выступил с заявлением, в котором попросил участников Совместного всеобъемлющего плана действий (СВПД) как можно скорее выполнить свои обязательства, чтобы Иран мог реализовать заложенные в документе экономические интересы. В свою очередь Путин пообещал, что Россия как председатель ШОС будет этому содействовать. 

Но все эти важные и давно обсуждаемые вопросы померкли перед реальной угрозой горячей войны. Обвинения США в адрес Ирана в причастности к атакам на танкеры совершенно недвусмысленны. И если однажды после демонстрации пробирки в ООН началось вторжение в Ирак, то почему видеозапись, показанная СNN, не может послужить поводом для атаки на Иран? 

Видимо, по этой причине Роухани призвал Россию к более тесному взаимодействию с Ираном. Какую позицию должна занять Россия, чтобы соблюсти свои интересы? 

Ведущий научный сотрудник Центра ближневосточных исследований МГИМО Александр Крылов ожидает усиления кризиса вокруг Ирана.

— Не люблю заниматься конспирологией, но ознакомившись с утра с израильской и американской прессой, я понял, что идет вал обвинений Ирана в причастности к происходящему в Оманском проливе. Причем, Тегеран обвиняют и в прежних обстрелах танкеров и в самой последней истории. Хотя за такой короткий период точно установить, кто это совершил, невозможно.

Договоров, обязывающих Россию прийти на помощь Ирану в случае агрессии третьей стороны у нас точно нет. А торговля вооружениями, конечно, идет. 

«СП»: — Мы могли бы предложить Тегерану что-нибудь новенькое. Им, может, скоро понадобится… 

— Не думаю, что до этого дойдет. Поставки серьезных вооружений приведут к новому витку конфронтации с американцами. Сейчас мы в этом не заинтересованы. Поэтому ныне действующие контракты Россия продолжит выполнять, но вряд ли мы начнем поставлять какое-то сверхсовременное оружие. 

Что касается обстановки в проливах, то она будет ухудшаться. При этом Соединенные Штаты прекрасно понимают, что никакой конфронтации в районе Оманского залива и Ормузского пролива быть в принципе не должно. Американцы на это не пойдут. 

Какой бы контингент Вашингтон туда не перебросил, достаточно одного пуска ракет со стороны Ирана в сторону нефтяных полей Саудовской Аравии, Бахрейна или Кувейта, чтобы на следующий день наступил 1974 год — рост цен на нефть и полноценный энергетический кризис. Поэтому будет идти пусть и жесткая, но словесная перепалка. До военной конфронтации дело не дойдет. 

По мнению военного эксперта Бориса Рожина, Россия будет стараться сохранить отношения со всеми силами на Ближнем Востоке.

— Россия и Иран партнеры в сирийской войне. При этом обе стороны не скрывают, что несмотря на схожие интересы, есть и разногласия экономического и политического характера, но их считают рабочими моментами, с которыми можно жить. В целом Москве выгоден достаточно сильный субъектный Иран, чтобы проводить свою субъектную политику на Ближнем Востоке. Это не дает американцам восстановить там ту гегемонию, которой они обладали в первые годы после вторжения в Ирак. 

Если брать конфликт Ирана с Израилем, Саудовской Аравией и США, то Россия не планирует вмешиваться в эту гибридную войну и пытается позиционировать себя как посредника. Так, Москва была посредником в Сирии, когда Иран отвел свои войска — КСИР и всякие «прокси», от границы с Израилем, а взамен Израиль, Саудовская Аравия фактически сдали южный фронт боевиков, позволив силам Асада взять под контроль границу с Иорданией и Израилем на Голанских высотах. 

То есть для России такая позиция уже привычна. В случае последнего инцидента в Оманском заливе Россия, скорее всего, вновь займет позицию миротворца, будет призывать к дипломатическим методам разрешения проблемы. Какие-то меры США, направленные против Ирана, в ООН не пройдут — Москва применит право вето. 

«СП»: — То есть явно «вписываться» за Иран Россия не станет? 

— Не станет. С одной стороны, Москва хочет сохранять контакты и с Саудовской Аравией, и с Израилем, оставаясь над схваткой. А с другой — есть свой шкурный момент. Конфликт в регионе ведет к повышению цен на нефть. Инцидент с танкерами уже привел к всплеску котировок на несколько процентов в течение часа. Если там начнется наращивание военного присутствия США, цены на нефть будут только расти. 

«СП»: — Думаете, Вашингтон может пойти на вторжение? 

— Максимум на что здесь пойдут США — это воздушные и морские удары. Но даже в этом случае последствия будут непредсказуемы. Ведь война затронет целый ряд стран: Ливан, Израиль, Сирию, Ирак, Йемен. Слишком много переменных, которые очень трудно учесть. Не зря премьер Японии Абэ привозил в Тегеран американские предложения, которые Тегеран отверг.

«СП»: — Россия отказала Ирану в поставках С-400, но теперь многое может измениться… 

— Да, это было еще до инцидента с танкерами. Россия не хочет нарушать баланс сил в регионе. А вот если саудовцы захотят купить С-400, то тогда возможны поставки и в Иран. 

Директор Института национальной энергетики Сергей Правосудов считает важным развести экономические интересы Москвы и Тегерана. 

— Это все началось не вчера. Война в Йемене идет с 2014 года. Хуситы, которые ориентируются на Иран, воюют с силами, которые ориентируются на Саудовскую Аравию. Причем в последнее время просаудовская коалиция стала активно перекрывать каналы подвоза, потому что без поддержки Ирана хуситы долго не продержались бы. Хуситы же в ответ стали бить по территории Саудовской Аравии, чего раньше не делали. И тут начались еще и теракты против танкеров. Сказать, что это напрямую делает Иран? Доказательств нет. Раньше они угрожали атаками на танкеры, а сейчас отрицают. 

Но надо понимать, что Иран занимает второе место в мире по запасам газа после России. И он находится достаточно близко к европейским рынкам — основному газовому рынку для России. Сейчас, пока против Ирана действуют санкции, он не может быть нам конкурентом по газу. И так будет до тех пор, пока будет существовать режим аятолл. Но если режим сменится на проамериканский, им тут же дадут возможность зарабатывать, поставляя газ в Европу. 

Поэтому России выгодно продвигать два направления. Первое — поддерживать действующий в Иране режим и второе — пустить иранский газ в другом направлении. Давно прорабатывается идея газопровода Иран-Пакистан-Индия. Ведь Индия — быстрорастущий рынок. К тому же находится от России далеко и построить туда газопровод все равно сложно. А везти СПГ тоже далеко. 

О том, какие факторы могут повлиять на начало боевых действий против Ирана нам рассказал политолог-американист, эксперт Центра исследования проблем безопасности РАН Константин Блохин. 

— Понятно, что Иран в происходящем совершенно не заинтересован. Напротив, ему нужна стабильность, экспорт нефти. А провокация с танкерами как раз блокирует этот экспорт. Поэтому ее бенефициарами могут быть США и их союзники по региону: Саудовская Аравия и Израиль. 

Вот уже сорок лет США одержимы сменой режима в Иране. Дошло даже до того, что в последней их стратегии по борьбе с терроризмом Иран официально назван государственным спонсором терроризма. 

Но американская элита и даже сама администрация Трампа неоднородна по отношению иранской угрозы. Трампу масштабная военная интервенция в Иране не нужна. Потому что это ловушка. Потом его же за это будут критиковать. 

Для Трампа сейчас главное сделать американскую экономику более конкурентоспособной, снизить финансовые затраты. Поэтому он и идет на пересмотр торговых соглашений. Он сам не раз с возмущением говорил, что США потратили на войны на Ближнем Востоке 7 трлн. долларов. 

Тех 120 тысяч американских солдат, которых хотели отправить на Ближний Восток, это капля в море для Ирана. Нужно не менее 1,5 млн. человек для смены режима и контроля над ситуацией. А в этом Трамп не заинтересован.

Но подход «ястребов» из окружения Трампа другой. Это Джон Болтон и Эллиот Абрамс, который был архитектором операции ЦРУ «Иран-контрас». Кроме того, на Трампа влияет произраильское лобби. Это касается даже семьи президента США. Ведь его дочь Иванка приняла иудаизм. 

«СП»: — Это все рациональные соображения. Но если боевые действия все же начнутся? 

— Иран заблокирует Ормузский пролив. И тогда цена на нефть вырастет до 200−300 долларов за баррель. А Трамп в своей книге «Вернуть былое величие» писал, что его цель в том, чтобы снизить цену на нефть до 20 долларов. Чтобы на этом выросла американская экономика и обанкротились конкуренты США, развивающиеся за счет высоких цен на углеводороды. Тот же Иран, Венесуэла и Россия. Вот какая задача. 

Кроме того, Иран, хотя у него нет ядерного оружия как у КНДР, будучи атакованным, может дестабилизировать регион. Нанести дар по Израилю, по Саудовской Аравии. 

Поэтому я думаю, что до реальной войны все же не дойдет. Это искусственное взвинчивание ситуации, чтобы заставить Тегеран сесть за стол переговоров на условиях США. Это такая бизнес-модель. Так же было и с КНДР и с Венесуэлой. Правда, успеха ни там, ни там не было. Поэтому доверия новым американским «страшилкам» уже нет.



Наш канал в Яндекс Дзен

Комментарии:



  • Яндекс.Метрика

  • Нам пишут Статьи разные Наши Партнеры
    Главная Контакты RSS
    Все публикуемые материалы принадлежат их владельцам. Использование любых материалов, размещённых на сайте, разрешается при условии размещения кликабильной ссылки на наш сайт.
    Реестровая запись Роскомнадзора № A-1584-97-BLG
    По всем вопросам, жалобам и предложениям: vegchel@yandex.ru
Регистрация