Вежливые люди
ВЛ / Статьи

Трофейные технологии

9-04-2017, 05:00
...
473

Трофейные технологии

После Победы в 1945-м имело место прямое использование и Советским Союзом, и Соединенными Штатами интеллектуальных ресурсов бывшего врага. В СССР ученые и инженеры, вывезенные из Германии целыми коллективами и по одиночке, участвовали в атомном проекте, создании ракетной и авиационной техники. Это было тем более эффективно, что пользование немецкими машинами и оружием для нашей страны традиционно. 

Любому человеку, интересующемуся историей советского боевого арсенала, известно, что первая управляемая баллистическая ракета Р-1, принятая на вооружение в 1950-м, представляет собой копию немецкой «Фау-2» (V-2, А-4) Вернера фон Брауна. «Фау-2» была оснащена первая в СССР ракетная часть – созданная в 1946 году для их испытаний бригада особого назначения РВГК. 

Реактивный старт

На пути к созданию Р-1 была организована сборка А-4 в советской зоне оккупации Германии и на территории СССР, их испытательные пуски на полигоне Капустин Яр состоялись в 1947 году. Всего собрали 39 оригинальных «Фау-2». Немецкие разработки использовались и при создании других отечественных боевых ракет. По типу самолета-снаряда «Фау-1» (V-1) были созданы опытные управляемые КР семейства 10Х класса «воздух-земля» и «земля-земля». На основе зенитных управляемых ракет «Вассерфаль», «Рейнтохтер» и «Шметтерлинг» прорабатывались первые проекты советских ЗУР Р-101, Р-102 и Р-112. Они не стали боевыми образцами, но полученный опыт оказался хорошим подспорьем. В первой отечественной ЗРС С-25 «Беркут», прикрывшей Москву, немецкий след однозначно был. Равно как и в принятой на вооружение ПКР КСЩ. 

Еще в годы войны войсками Ленинградского фронта применялись созданные на основе трофейных немецких реактивных снарядов тяжелые эрэсы МТВ-280 и МТВ-320, запускавшиеся с помощью специальных рам. От прочих наших реактивных снарядов того времени эти неуправляемые ракеты отличались тем, что стабилизировались в полете не за счет оперения, а вращением пороховыми газами, истекающими из наклонных отверстий. Это обеспечивало лучшую кучность стрельбы. Такие эрэсы получили название турбореактивных, хотя и не имели никакого отношения к авиационным двигателям. По тому же принципу были разработаны и принятые на вооружение в 50-е реактивные снаряды М-14 (140 мм) и М-24 (240 мм) для боевых машин БМ-14 и БМ-24 на автошасси и БМ-24Т на гусеничном тягаче. 

Для полноты картины следует, наверное, упомянуть, что и немцы во время войны скопировали и запустили в серию, слегка модифицировав, советский оперенный 82-мм реактивный снаряд М-8. Такими эрэсами 80 mm WGr. Spreng оснащались подразделения самоходной реактивной артиллерии (пусковые установки на полугусеничных БТР) ваффен-СС. Собирались немцы применять еще и 150-мм оперенные эрэсы на основе трофейных «катюшинских» 132-мм М-13, но довести до ума свою реплику не успели. 

А попавшие в распоряжение СССР немецкие 158,5-мм шестиствольные буксируемые реактивные минометы 15 cm Nebelwerfer, известные фронтовикам как «ишак» и «Ванюша», поставлялись КНДР в период корейской войны 1950–1953 годов. 

На крыльях фатерлянда 

ВВС Красной армии еще в 20-е – начале 30-х имели на вооружении импортные и собранные из поставленных комплектующих немецкие самолеты – бомбардировщики ЮГ-1 («Юнкерс G-23»), истребители «Фоккер D-VII», «Фоккер D-XI», И-7 («Хейнкель HD-37»), разведчики «Фоккер С-IV», «Юнкерс Ju-20, Ju-21». Авиация РККФ до 1938 года использовала корабельные летающие лодки-разведчики КР-1 («Хейнкель He-55»), а до 1941-го (в полярной авиации до 1946-го) – летающие лодки «Дорнье» Do-15 «Валь». В 1939–1940 годах в СССР прошли всесторонние испытания поставленные в качестве образцов уже гитлеровской Германией новейшие по тому времени бомбардировщики «Дорнье Do-215B» и «Юнкерс Ju-88», истребители «Хейнкель He-100», «Мессершмитт Bf-109E» и «Мессершмитт Bf-110C», связные самолеты «Мессершмитт Bf-108» и «Физелер Fi-156», учебные «Бюкер Bu131» и «Бюкер Bu133», «Фокке-Вульф Fw-58» «Вайхе» и даже вертолеты «Фокке-Ахгелис Fa-266».

В послевоенный период в СССР приняты на вооружение отдельные трофейные образцы немецких ВВТ. Например, один из истребительных авиаполков Балтфлота был оснащен истребителями «Фокке-Вульф Fw-190D-9». Пограничные войска вплоть до конца 50-х использовали поплавковые гидросамолеты-разведчики «Арадо Ar-196». В гражданскую авиацию были переданы трофейные транспортно-пассажирские «Юнкерс Ju-52/3m» и как минимум один гидросамолет «Дорнье Do-24». 
Запуск в серию в СССР немецких турбореактивных двигателей Jumo-004 и BMW-003 (под обозначениями РД-10 и РД-20) позволил начать производство оснащенных ими первых советских реактивных истребителей Як-15 и МиГ-9, причем последний носит некоторые черты разрабатывавшегося в Германии «Мессершмитта Р.1101». 

Рассматривалось, но было отвергнуто предложение о налаживании производства для ВВС СССР немецких реактивных истребителей «Мессершмитт Me-262» «Швальбе». Отказ от Me-262 можно считать не вполне продуманным – ведь то была готовая к освоению советскими летчиками машина, к тому же союзная Чехословакия располагала практически полной технологией ее производства. Она могла найти применение как оснащенный радиолокатором типа немецкого «Нептун» ночной перехватчик, отвечающий требованиям времени вплоть до середины 50-х, а как истребитель-бомбардировщик (модификация «Штурмфогель») – вплоть до начала 60-х. Бомбовая нагрузка в тысячу килограммов превосходила таковую даже у появившихся впоследствии МиГ-15, -17 и -19. Кстати, сами чехи продолжили производство Ме-262 для своих ВВС под обозначением S-92. 

Германские гены послевоенной советской авиатехники – тема обширнейшая, ей посвящены солидные монографии. Стоит отметить еще одну крылатую машину с трофейными корнями – оперативно-тактический двухдвигательный реактивный бомбардировщик «150», созданный в ОКБ С. М. Алексеева при ведущей роли работавших там немецких специалистов во главе с Брунольфом Бааде, ранее трудившимся в фирме «Юнкерс». Образец, увидевший небо в 1952-м, имел характеристики лучшие, нежели у массового фронтового бомбардировщика Ил-28. Однако в серию «150» не пошел якобы по причине появления Ту-16, хотя это были машины разных классов. 
Между тем «150-й» потенциально оказался достойным соперником американским ударным самолетам фирмы «Дуглас» – палубному А-3 «Скайуорриор» и его сухопутной модификации B-66 «Дестройер», прослужившим не один десяток лет и воевавшим во Вьетнаме. Кстати, будучи отпущенным с коллегами в ГДР, герр Бааде разработал на основе «150» единственный восточногерманский пассажирский самолет «Бааде-152». 

Первые советские управляемые авиабомбы имели своими прототипами немецкие телеуправляемые планирующие бомбы, успешно применявшиеся люфтваффе. 

От локаторов до котелка 

Не обошло немецкое влияние и советскую ствольную артиллерию. Так, еще от царской армии РККА достались 122-мм гаубицы образца 1909 года, разработанные для России фирмой «Крупп» и модернизированные в 1937-м. Эти ветераны Первой мировой и Гражданской применялись и в 1941–1945 годах. В 1930-м в РККА появилась 37-мм противотанковая пушка, разработанная компанией «Рейнметалл» и выпускавшаяся по лицензии – точно такая же, как у вермахта. В 1938-м на вооружение была принята 76-мм зенитная пушка 3-К, разработанная по образцу 7,62 cm Flak той же фирмы. 

Уже в ходе войны Красная армия получила трофейные немецкие 210-мм мортиры 21 сm M18, с которыми в СССР были знакомы еще по двум образцам, закупленным в 1940-м в Германии для оценочных испытаний. 
В 1944-м чешской фирмой «Шкода», работавшей на немцев, была разработана новаторская легкая 105-мм гаубица F.H.43 с круговым обстрелом. Ее конструкция послужила основой популярной во многих странах мира советской 122-мм гаубицы Д-30, даже внешне очень похожей на прародительницу. 

В войсках ПВО СССР после войны некоторое время стояли на вооружении трофейные немецкие 105-мм зенитные пушки Flak 38/39. 
В годы войны на шасси немецких штурмовых орудий StuG III и средних танков PzKpfw III были созданы (с установкой соответственно 122-мм гаубиц М-30 и 76-мм пушек С-1) самоходные СГ-122 и САУ СУ-76И, выпускавшиеся серийно путем переоборудования трофейных машин. 
Широкое применение нашел трактор «Коммунар», использовавшийся в качестве артиллерийского тягача и выпускавшийся в СССР с 1924 года по лицензии немецкой фирмы «Ганомаг». Даже в знаменитом советском армейском легковом автомобиле высокой проходимости ГАЗ-69А заметны черты его немецкого аналога – командирского «Штевер-R180/R200». А послевоенный дизельный грузовик МАЗ-200, буксировавший на последних сталинских военных парадах по Красной площади 152-мм гаубицы Д-1, представляет собой микс из американского «Мак L» и типового автомобиля вермахта «Бюссинг-НАГ-4500». Знаменитый тяжелый армейский мотоцикл М-72, состоявший на вооружении Советской армии практически до ее исчезновения вместе с СССР, – копия довоенного немецкого BMW R71. 

И как не вспомнить, что в веймарской еще Германии для РККА и чекистов были закуплены 7,63-мм пистолеты «Маузер» К-96, самими же немцами прозванные «Боло» – от «Большевик» и использовавшиеся в вермахте и СС. 

Весьма полезным было изучение трофейной немецкой техники радиолокации и связи – использовавшихся в ПВО Германии РЛС дальнего обнаружения «Фрейя» и «Манмут», РЛС обнаружения и целеуказания «Большой Вюрцбург» и станции орудийной наводки «Малый Вюрцбург». В 1952 году в районе Горького был введен в эксплуатацию трофейный сверхдлинноволновой радиопередатчик большой мощности «Голиаф» для связи с подводными лодками. Долгое время после войны на вооружении Советской армии состоял полевой телефонный аппарат ТАИ-43, созданный на основе немецкого FF-33. 
Даже советский комбинированный солдатский котелок скопирован с германского образца 1931 года, равно как отечественный общевойсковой защитный комплект (ОЗК) создан на основе аналогичного немецкого, появившегося в конце Второй мировой войны. К слову, ряд технологий химического оружия (боевые отравляющие вещества и средства их применения), внедренных в СССР, был отработан еще в 1928–1933-м на объекте «Томка» (научный военно-химический полигон у населенного пункта Шиханы в Саратовской области), где по секретному советско-германскому соглашению работали немецкие специалисты. 

Кригсмарине – советскому флоту 

Лучшие подводные лодки, строившиеся в СССР до войны, – средние типа «С» (1934–1948), созданные на основе проекта немецкой фирмы «Дешимаг». По репарациям от разгромленной гитлеровской Германии были получены четыре большие субмарины серии XXI, в ВМФ СССР отнесенные к проекту 614. Они несли службу на Балтийском флоте (Б-27, Б-28, Б-29 и Б-30). Будучи самыми совершенными для Второй мировой, субмарины серии XXI во многом послужили прототипом для послевоенных советских средних дизельных торпедных подводных лодок проекта 613, строившихся массовой серией в 1950–1957 годах. 

Кроме того, нам достались по репарациям или были захвачены в качестве трофеев океанская подводная лодка серии IXС, четыре средние ПЛ серии VIIC (всего ВМФ СССР получил их пять, у нас они были отнесены к типу ТС-14) и три малые серии IIB (в строй не вводились), весьма для своего времени продвинутая по конструкции малая ПЛ серии XXIII и две сверхмалые ПЛ типа «Зеехунд» (есть информация о поступлении в состав ВМФ СССР в 1948 году одной подлодки этого типа, хотя советскими войсками на верфи были захвачены секции и комплектующие для сборки нескольких десятков таких лодок). 
С использованием трофейных немецких комплектующих и соответствующей документации в 1951–1955 годах была построена экспериментальная подводная лодка С-99 проекта 617, оснащенная парогазотурбинной энергоустановкой единого хода. Лодка, принятая в состав Балтфлота, впервые в истории отечественного флота развила подводную скорость 20 узлов, но в конечном итоге потерпела аварию со взрывом, вызванным «нештатным» разложением перекиси водорода. Проект не получил развития по причине начавшегося внедрения в подводном кораблестроении ядерной энергетики. 

СССР получил недостроенный, но находившийся в высокой степени готовности авианосец «Граф Цеппелин», по скудоумию советского руководства потопленный на учебных артиллерийских и торпедных стрельбах в 1947 году, и также сочтенные ненужными устаревший учебно-артиллерийский линейный корабль «Шлезвиг-Гольштейн», тяжелый крейсер «Лютцов» типа «Дойчланд» и недостроенный тяжелый крейсер «Зейдлиц» типа «Адмирал Хиппер». Еще один тяжелый крейсер типа «Адмирал Хиппер» продан Германией СССР в недостроенном состоянии в 1940-м, получил название «Петропавловск» и участвовал в обороне Ленинграда в качестве несамоходной плавучей батареи. Достроен он так и не был. 

Из крупных боевых кораблей в состав ВМФ СССР были зачислены и несли не слишком продолжительную послевоенную службу на Балтике легкий крейсер «Нюрнберг» (у нас – «Адмирал Макаров»), два эскадренных миноносца типа «Леберехт Маас» (в ВМФ СССР – тип «Прыткий») и по одному типа «Дитер фон Редер» («Прочный») и «Нарвик» («Проворный»). Эсминец «Проворный» – самый мощный в истории нашего флота в плане артиллерийского вооружения, он имел 150-мм орудия. 

Были повышены в классе до эсминцев и введены в состав Балтфлота и немецкие миноносцы – по одному типов 1935 («Подвижный»), 1937 («Порывистый») и 1939 («Примерный»), а также три совершенно устаревших «Т-107» (периода Первой мировой). В числе немецких приобретений ВМФ СССР оказалось большое количество тральщиков, минных заградителей, десантных судов, а также такие экзотические экземпляры, как катапультное судно для запуска тяжелых летающих лодок «Фальке» (опытовое судно «Аэронавт», использовавшееся при испытаниях ракетного оружия) и роскошная штабная яхта «Хела», ставшая в составе Черноморского флота кораблем управления «Ангара». 

Можно отметить, что на вооружении минно-торпедной авиации ВМФ СССР имелись трофейные немецкие 450-мм авиационные торпеды F-5W. 
В 1950 году на вооружение подводных лодок ВМФ СССР была принята 533-мм самонаводящаяся электрическая торпеда САЭТ-50, созданная по образцу немецкой Т-5, а в 1957-м – 533-мм бесследная дальноходная прямоидущая «53-57», разработанная при участии немецких специалистов на основе германских турбинных перекисных торпед типа «Штайнваль» и других. Кстати, еще в 1942-м на вооружение советских подводных лодок поступила 533-мм прямоидущая электрическая торпеда ЭТ-80, за основу которой была взята немецкая G7e, в первой своей модификации появившаяся в 1929 году. 

С образованием ГДР ее судпром был вовлечен в работу в интересах ВМФ СССР. С немецких верфей поставлялись вспомогательные суда различного назначения, а также разведывательные корабли на корпусе траулера (оснащение спецоборудованием они проходили, разумеется, в СССР). В 1986–1990 годах Балтийский флот получил из ГДР 12 известных высоким качеством постройки малых противолодочных кораблей разработанного совместно специалистами Зеленодольского ПКБ и восточногерманского судостроительного завода «Пеене-Верфт» (Вольгаст) проекта 1331М (типа «Пархим-2»). Часть из них до сих пор в строю. Любопытно, что аналогичные корабли, построенные для Фольксмарине (16 единиц несколько отличающегося проекта 1331 «Пархим-1»), после воссоединения Германии были проданы Индонезии, в ВМС которой они числятся корветами типа «Капитан Патимура». 

На излете Варшавского договора ГДР была выбрана в качестве основного производителя управляемых ракет для тактического противокорабельного ракетного комплекса советской разработки «Уран» – аналога американского «Гарпуна». Она же должна была строить вооруженные «Ураном» ракетные катера проекта 151А, предназначенные как для себя, так и для флотов СССР и Польши. Однако этим планам не суждено было сбыться.


+1

Оцените новость
Новости партнеров:


Комментировать

   




Наша группа Facebook:
  • Яндекс.Метрика

  • Нам пишут
    Все публикуемые материалы принадлежат их владельцам. Использование любых материалов, размещённых на сайте, разрешается при условии размещения кликабильной ссылки на наш сайт.
    Реестровая запись Роскомнадзора № A-1584-97-BLG

    По всем вопросам, жалобам и предложениям: vegchel@yandex.ru
Регистрация